Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

О Творце через математику . Алексей Савватеев и протоиерей Андрей Ткачёв.




Молодцы! И оба друг друга поняли. Столько юмора, смеха и сплошное удовольствие от просмотра.



Алексей Савватеев (АС): Был ли Кантор верующим? Не знаю, сейчас точно не скажу. Но суть в том, что верующими были люди, которые стоят на десять голов выше нынешних безбожников. Агностиков я понимаю- ну не встретил так не встретил: какой там Бог, что за вздор и пр. Вы это Эйлеру расскажите! Давайте Эйлеру! И поговорим!
о. Андрей (оА): Да-да. Это ж не те люди, которые не знают, что Эйлер был!
АС: Конечно не те. Ну они думают, что он ошибался, он был в другом веке, он ошибался
оА: Ну-ну, да
АС: А мы- великие! Мы не ошибаемся!
оА: У него не было джакузи! Чего его слушать? Да он по мобильнику ни разу не разговаривал

Мысли по ходу чтения

Дочитываю "Комедиантов" Грэма Грина. Не столько прямо, сколько упрощенно, как мне показалось, понимал комедиантство мистер Браун (авантюрист, практически не знавший своих родителей, родившийся в Монте-Карло и воспитывавшийся в колледже иезуитов. Работал и официантом, и редактором пропагандистских антифашистских листовок, и торговцем поддельными картинами. После смерти матери унаследовал отель на Гаити и крутил роман с женой посла).
Если бы он попал в наш современный мир, то изумился бы количеству масок, которые способен носить отдельный человек.
Я никогда не забуду слова о.Андрея Кураева, которые прочла в одной из его книг. О том, что одна из ролей церкви на протяжении веков заключается в растождествлении человека с его социальной ролью, в стремлении предоставить человеку возможность быть другим. Возможность бывать иным хотя бы раз в неделю, когда можно снять маску и вместо Мари Иваны стать рабой Божией. Умалиться, стать в свой размер, попробовать, как писал отец Андрей, жить из себя.
И за эти короткие моменты расставания с маской я очень благодарна церкви.

И еще. Все, что она не принимает, все то непотребство и тот срам, который творят некоторые ее члены, отторгается, потому что она чиста, она жива Богом, она сильнее любого человеческого порока, и она не место для лицедейства и лицемерия.

Свою вечность мы находим только тут

Нашла в дневниках отца Александра

Вторник 11 марта 1980
Моё главное и постоянное ощущение — это ощущение жизни. Может быть, ближе всего к этому ощущению слово «удивление», восприятие каждого момента и каждого состояния как некоего дара (в отличие от «само собою разумеющегося», «самоочевидного»). Всё всегда ново, всё всегда есть не просто жизнь, а встреча с жизнью и потому как бы откровение…
Пишу и сознаю, что это не те слова, но других не нахожу. Знаю только, что этот дар, что это откровение требуют внимания, ответа. Что жизнь, иными словами, есть постоянное «приятие» дара жизни…
Среда 12 марта 1980
Если продолжить вчерашнее размышление, то не приводит ли оно к восприятию и смерти как дара, то есть опять-таки как встречи, как последней, решающей встречи с тем, что одно, в конечном счете, "животворило" жизнь, открывалось в ней, делало ее даром. "Для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение", - говорит апостол Павел. Да, если жизнь становится, и в ту меру, в какую она становится, - Христом, если Он есть тот дар, в который все время претворяется жизнь, то тогда смерть есть приобретение, благословенное условие того лицом к лицу, жажда которого и есть жизнь в "мире сем". Страх, ужас смерти, думается мне, сосредоточен на одном: "Все будет продолжаться, а меня не будет (да, как же мне это знакомо, именно так это у меня, в тех же выражениях)... Так же будет светить солнце, так же будут бежать люди по своим делам, а меня не будет". ....
Именно это чувство порождает страх и ужас, и именно ему не помогает "вера в загробный мир". Уж тогда - так думает, так ощущает человек - лучше, чтоб ничего... И ему не помогают, его не "утешают" сладкие строки о "блаженстве безгрешных духов". Он хочет только того блаженства, которое он знает, а оно только тут, в опыте этой жизни. Свою вечность мы находим только тут. И христианство утверждает, что находим мы ее во Христе. Он для того пришел к нам, в эту жизнь, чтобы она стала встречей с Ним и в этой встрече заложенной жаждой последнего исполнения, последней встречи с Ним - в смерти. Она становится "приобретением"... Отсюда - самоочевидность условия: "Если любите Меня...". Любить же нельзя ни "учения", ни "заповедей", ни "обещаний". Любить можно, только если есть встреча, если Христос стал "даром" всего в жизни.

Collapse )

Всё время быть обращенным на себя

Воспоминания Мирча Элиаде. Он проводит три года в Индии, изучая всяческую индусскую премудрость, йогу, тантру и т.д. Полгода сидит в келий в "ашраме"… Но нигде, ни разу в этой длиннейшей книге не говорится о Боге. О религии – да, но не о Боге. Это поиски моего пути. Это мучительный выбор – "святость" или "творчество", это безостановочный анализ разных типов "духовности", но без Бога. Как это далеко от Евангелия с его "если любите Меня…"

Во всех этих религиозных "структурах" главное то, что нечего и некого любить , кроме какого-то отвлеченного совершенства ("la quete de 1'absolu"2 ). В них невозможно представить себе обращение разбойника на кресте, Заккея, мытаря… Все нужно "изучать" (молитву, совершенство), все время быть обращенным на себя… На меня от всего этого (от всяческой "Индии") веет какой-то метафизической скукой.

Прот.А.Шмеман, Дневники: Понедельник, 6 октября 1980 г.

tashegirl Карина, напоминает?

(no subject)

Он -один и неделим,постоянен и неизменен,Он везде. Верю,что даже с теми,кто не с Ним по каким-то причинам. Потому что Он еще и Всемогущий.
Как же я не смогу найти Бога и не быть с Ним вне стен церкви в некоторый фиксированный временной отрезок? Как это может стать преградой?
Как мы недооцениваем Его и переоцениваем себя.

По мотивам новогодних поздравлений

В новый год много поздравлений разных приходит от людей опять же разных. Отчего не пойму в поздравлениях некоторых столько желчи и грозного показывания пальчиком? Давайте просить не у деда (мороза который), а у Бога, давайте молиться о том, чтобы мамочки не убивали в утробе деток, чтобы не напивались и пр. Откуда этот надзор за всеми? По мне, уж лучше сахарное шаблонное четверостишье из интернетов, чем такое. Не удержалась, ответила. Муж сказал, что вроде спокойно, но язвительно.
Про деда вообще конфуз вышел. Зачем, говорит один человек, вы детей обманываете и учите обманывать? Это грех.

Collapse )
о

Радуйтесь!

Начало «ложной религии» - неумение радоваться, вернее - отказ от радости. Между тем радость потому так абсолютно важна, что она есть несомненный плод ощущения Божьего присутствия. Нельзя знать, что Бог есть, и не радоваться. И только по отношению к ней - правильны, подлинны, плодотворны и страх Божий, и раскаяние, и смирение. Вне этой радости - они легко становятся «демоническими», извращением на глубине самого религиозного опыта. Религия страха. Религия псевдосмирения. Религия вины: все это соблазны, все это «прелесть». Но до чего же она сильна не только в мире, но и внутри Церкви... И почему-то у «религиозных» людей радость всегда под подозрением. Первое, главное, источник всего: «Да возрадуется душа моя о Господе...». Страх греха не спасает от греха. Радость о Господе спасает.
Чувство вины, морализм не «освобождают» от мира и его соблазнов. Радость - основа свободы, в которой мы призваны «стоять». Где, как, когда извратилась, замутилась эта «тональность» христианства или, лучше сказать, где, как и почему стали христиане «глохнуть» к ней?
из дневников о. Александра Шмемана
о

(no subject)

Последняя учебная неделя в этом году. Заканчивается как-то неожиданно- ровно в центре недели. Дети стали спокойнее в эти дни, затаились. Коллеги устали, хотят быстрее на каникулы.
Начала читать "Дневники" отца Александра Шмемана. Ольга pochta_polevaya, спасибо! Хорошо) На душе хорошо. Многое узнаваемое и родное, столько мыслей передумано, и столько моей персональной (где-то эгоистичной) радости, что ты не ушел с головой в вольнодумства, а кто-то до тебя намного более великий, честный, целостный думал такими же смыслами, теми же переживаниями жил.

«Надо понять...» Достигаешь момента, когда так ясно становится, что понимать-то, в сущности, нечего. Что все «сложности» («он такой сложный человек, его нужно понять...») суть сложности мнимые. Все это туман, разводимый нами, чтобы не оказаться лицом к лицу с одной реальностью - греха. «Проблемы» современного сознания, молодежи и т.д. Два и только два источника греха: плоть и гордыня. И человек все стремится прикрыть это «сложностями», и выходит красиво и глубоко («у него большие трудности...»). И всегда есть услужливые «духоносцы», готовые помочь в этих трудностях «разобраться» и проблемы «разрешить». Плоть и гордыня: «похоть плоти, похоть очей и гордость житейская...»...И потому в ключе «проблем» и «трудностей», в ключе этих бесконечных обсуждений, шептаний на скучнейших исповедях, всех этих интроспекций, морбидного самолюбования, в ключе всего этого - христианство не звучит и не действует. Фальши этой соответствует фальшь «пастырства», понимаемого как этот скучнейший американский «counseling», религиозная терапевтика. Настоящая вера есть всегда возврат к простоте - радостной, целостной и освобождающей. Грешник может верить. «Трудности», «сложности» и «проблемы» - пошлейшее алиби самодовольного себялюбца. Ошибочность, ложь нашего современного богословия, построенного, как метод разрешения проблем и трудностей.

Collapse )

Collapse )

Без любви к себе - правильно понятой - мы не можем любить других.

Украинский философ Григорий Сковорода сказал в одном из своих писаний, что в жизни замечательно устроено: вещи нужные несложны, а вещи сложные не нужны. Конечно, такие слова можно развить в карикатуру. Но если принять их с трезвостью, то можно увидеть в них указание и на то, как можно жить. Мы очень часто не умудряемся жить, потому что чрезмерно усложняем жизнь. Мы стараемся делать невозможное, проходя мимо возможного. Мы думаем, будто только то достойно нас, что так велико и так далеко, что мы его никогда не достигнем. И если применить этот принцип к евангельским заповедям, то мы можем найти в Евангелии, в словах Спасителя Христа заповедь, указание чрезвычайно простое на вид, но с которого мы все можем начать. Это заповедь о том, что мы должны любить ближнего, как самого себя (Мк. 12, 31). Это подразумевает, что мы себя самих должны любить.
И вот на этом мне хочется остановиться; потому что если мы не сумели себя любить, мы не сумеем любить кого бы то ни было. Жизнь, опыт показывает, что мы можем одарить других только тем доверием, которое способны дать себе, той любовью, которую можем дать себе, и т.д. Мы можем дать только то, что у нас есть. И если у нас нет определенного отношения к себе, мы не можем иметь этого отношения к другим. Без уважения к себе мы других не уважаем; без любви к себе - правильно понятой - мы не можем любить других.
Митрополит Антоний Сурожский, Человек перед Богом.